Важнейшие министерства, парламент, редакции основных газет, Национальный музей, картинная галерея — все это расположено в центре города, и обойти их можно за сравнительно короткий промежуток времени. В Национальной картинной галерее находятся полотна ирландских мастеров и живописцев разных стран мира, а на верхнем этаже развешаны старинные русские иконы из коллекции Наташи Аллен, супруги автора «Истории Украины» и «Истории грузинского народа» Уилья-Аллена. Этот историк рассказывал мне с большим теплом о своей поездке лет двадцать назад в Тбилиси, где после выступления по телевидению его принимали как самого дорогого гостя, а водители такси отказывались брать с него плату.
На выезде с моста на центральную О'Коннолл-стрит, самую широкую магистраль в городе, вас встречает многоликий монумент Даниэлю О'Конноллу, первому лорд-мэру Дублина, лидеру движения за гражданские права ирландцев в начале XIX века. На противоположном конце улицы уходит факелом в небо обелиск в честь другого вождя национального движения — Чарльза Парнелла. Неподалеку от него взметнулись лебеди над памятником ирландским патриотам, павшим в боях за свободу и независимость своей родины. Местами на улицах города попадаются статуи святых, любовно прижимающих к груди кресты либо грозно потрясающих ими в воздухе над головами прохожих.
Вся О'Коннолл-стрит и отходящие от нее переулки — непрерывный ряд магазинов и увеселительных заведений. Этот центральный район оживлен до глубокой ночи, когда смолкают буйные оркестры в просторных танцевальных залах, заканчивают свой шумный пробег пластинки в полутемных клубах «дискотек» и на свежий воздух вываливаются толпы очумевших от грохота молодых людей. Разговаривать друг с другом их отучил неумолчный музыкальный рев, и они сбиваются бессловесными группами у кромки тротуара, «голосуя» попутным машинам в надежде попасть домой до рассвета.
В лабиринте тесных улочек, разбегающихся от О'Коннолл-стрит, где чужеземцу не поможет и нить Ариадны, по одну сторону раскинулась голосистая толкучка, выставившая напоказ тряпье, с которым не справиться ни одной химчистке, а по другую — разместился дублинский рынок. Над грудами овощей и фруктов, аппетитно разложенных на тележках, колдуют разбитные торговки, зазывающие прохожих пронзительным криком: «Дорогой, купи помидоры, и тебя снова полюбят девушки!», «Дорогой, ешь картошку, и тебе улыбнется семейное счастье!» Покупателю предлагают румяные яблоки, дают понюхать их и пощупать, а затем следует сложная операция с бумажным кульком, и уже дома долго удивляешься, как при таком обилии продуктов сумел выбрать далеко не лучшее.