Прошлое Ирландии живет в настоящем, и невозможно понять многие явления современности, не зная, что им предшествовало. Летописцы древности, как и многие историки нового времени, не замечали Ирландии и оставили о ней весьма скудные сведения. Геродот честно признавался, что не имеет ни малейшего представления об островах, лежащих к северу от нынешней Франции. Диодор Сицилийский в первом веке нашей эры причислял ирландцев к каннибалам. Более поздние авторы писали, что Ирландия — страна с суровым климатом и под стать ему суровыми людьми, которые живут среди болот и выходят в море в лодках, обшитых шкурами животных. Вот, собственно говоря, и все.
Ирландские исследователи полагают, что первые поселения на их земле возникли восемь тысяч лет назад. Они были основаны пришельцами
с Европейского континента, скорее всего с севера Испании, который тогда был связан с Британскими островами сухопутным мостом. В шестом веке до нашей эры на территории Ирландии появились кельты, а с ними — железные орудия и гэльский язык. В начале нашей эры было четыре королевства, названия которых сохранились в званиях четырех исторических провинций: Ольстер — на вере, Манстер — на юге, Ленстер — на востоке и Коннотт — западе. Тогда же существовало и государство Мит, впоследствии вошедшее в состав Ленстера.
Одним из самых знаменитых королей Ленстера был Комак Макарт, построивший крепость на священном холме недалеко от современного Дублина. Макарт был предводителем армии Фианна, о воинской доблести которой можно судить по требованиям, предъявлявшимся новобранцам. Перед тем как стать воином в Фианне, рекрут должен был выучи наизусть двенадцать сборников поэзии и пробежать через стой лес, перепрыгивая через ветки высотой до лба и под ветками, едва доходившими до колен, не потревожив при этом листья на деревьях. Если в тело попадала заноза, надо было вытащить, не прерывая бега.
При такой подготовке бойцам Фианны не стоило больше труда отличиться на поле брани и войти в народные прения. А легендарный герой Финн Маккол однажды вырвал кусок земли в Ольстере, где теперь находится крупнейшее в стране озеро Ней, швырнул его в море и там образовался остр Мэн. Правда, жители этого острова не соглашаются с так версией.

Ирландские легенды многолики и противоречивы. Впопыхах свести концы с концами ученые временами приходят неожиданным выводам. Так, исследование пожелтевших манускриптов, проведенное Т. ф. О'Ралли, породило теорию «двух святых Патриках». Мол, святой патрон Ирландии, которому приписывают крещение страны в V веке нашей эры был един в двух лицах. Точнее, на ирландских берегах I 432 году высадился Патрик номер один, а за ним последовал Патрик номер два. «Хронология святого Патрика подобна зыбучему песку»,— грустно признавался Т. Ф. О'Ралли. Не вдаваясь глубоко в эти рассуждения, вносящие смуту в легко ранящиеся души правоверных католиков, примем на веру существование одного святого Патрика. Его вполне достаточно до дальнейшего повествования.
Доподлинно известно, что в былые времена воинственные ирландцы совершали набеги на близлежащие острова. Случилось им бывать и на Европейском континенте. Отряды ирландского
короля Нейла (чьи потомки О'Нейлы правили Ольстером) беспрестанно тревожили Англию и север Франдо одно время угрожали завоевать Шотландию и Уэльс, очередном морском походе был захвачен в плен ничем примечательный восемнадцатилетний юноша. За молодостью лет его приставили пасти овец. На первых порах он, казалось, этим довольствовался, но в конце концов безмятежная пасторальная жизнь ему наскучила, а безответные овцы так и не научились ценить его общество. На несколько лет он исчезает из поля зрения современных исследователей жизненного пути, и по сей день в «научных кругах» католической церкви ломают головы над вопросом, что же
побудило его вернуться.
Скорее всего за время своего отсутствия Патрик проникся рвением, что передалось и его потомкам. Сейчас трудно отыскать уголок на земном шаре, где бы не побывали въедливые носители слова и дела божьего с ирландских берегов. Мне довелось встретить ирландского миссионера даже в селении Кслафо, разбросавшем свои остроконечные хижины по берегам мутной реки Вабе-Шебеле среди безбрежных песков эфиопской провинции Огаден.
Борьбу с язычеством Патрик начинал с вождей и их
приближенных, останавливая свой выбор на их младших братьях, которым семейное положение не сулило быстрого продвижения по службе, и на женах, проявлявших повышенную восприимчивость к новым веяниям. Между делом, как и положено всякому уважающему себя святому, он творил большие и малые чудеса — из камней по мановению его руки били ручьи и оставались следы на скалах там, где он преклонял колени в молитве.

Наибольших успехов, гласит легенда, святой добился с «гадами ползучими и ядовитыми», изгнав их на веки вечные с ирландской земли. Правда, еще в третьем столетии нашей эры историк Солинус отмечал отсутствие змей в Ирландии, и его мнение подтверждают труды других историков. Но это уже из другой области и прямого отношения к церковным писаниям не имеет.
Святой Патрик научил ирландцев любить природу как наглядное пособие при изучении богословских вопросов. Пытаясь втолковать тугодумному вождю понятие святой троицы, Патрик сорвал пучок трилистника и пояснил, что есть бог-отец, бог-сын и бог — святой дух, но они едины, как трилистник на одном ростке». Хотя у вождя оставались кое-какие сомнения насчет бога — святого духа, доходчивое разъяснение возымело действие, и благодарный вождь проникся христианским духом, повелев своим подданным следовать его в меру.
Святой Патрик скончался 17 марта 461 года, оставив еле себя два письменных документа, служащих как бы удостоверением личности, крещеную Ирландию и множество мест связанных с его кипучей деятельностью,— развалин, колодцев и пещер, число которых растет по мере увеличения всеядных иностранных туристов.
В Ирландии времен святого Патрика и столетиями под нее создавали красочно иллюстрированные рукописные книг сочиняли эпические и исторические произведения. Это был первая страна в Западной Европе к северу от Италии с литературой на своем языке. Но пока Ирландия процветала центр литературы и искусства, в политическом и военном отношении дела ее шли из рук вон плохо. Страну раздирает междоусобные войны честолюбивых королей и князьков, а в IX—XI веках она подверглась нашествиям норманнов.
Вначале они ограничивались грабежом, но со временем стали селиться в стране. Ими были основаны укрепленные рода Дублин, Корк, Лимерик, Уэксфорд и Уотерфорд, что ложило начало городской жизни. К началу XI века норманы владели обширными районами в Ирландии, но их господств было сломлено в битве при Клонтарфе в 1014 году короле Манстера Брайаном Бору, именовавшим себя «императоре Ирландии». Однако прошло немногим более полутораста лет и на Ирландию двинулись английские полчища, и на восемь долгих мучительных столетий она попадает под иностранное иго...

В свете дальнейшей истории Ирландии, ставшей одним оплотов католицизма в Европе, судьба сыграла с ней злую шутку, поскольку не кто иной, как папа римский Адриан II благословил короля Англии Генриха II из дома Плантагенет на завоевание соседнего острова. В 1171 году на ирландец землю вступили английские войска. Они захватили Дубли Уэксфорд и Уотерфорд, продвигаясь от побережья в глубь страны и строя на своем пути крепкие замки, многие из которые сохранились до наших дней: в Мейнуте, Триме, Карлингфор и других местах. Немалую помощь иностранцам оказала верхушка католической церкви Ирландии, вступившая в сговор с английским королем.
В XIII веке сопротивление ирландцев возросло, и под властью англичан осталась лишь узкая полоса на точном побережье. Через полвека король Генрих VIII разрозненные силы ирландских кланов и провозгласил се королем Ирландии, а его дочери Елизавете удалось установить контроль над всем островом. Известный английский поэт Спенсер так описывал увиденное им в Ирландии во времена правления Елизаветы: «Они (местные жители) выглядят как анатомия смерти, выползая из болот и лесов на четвереньках, потому что их не держали ноги».
С первых же шагов на ирландской земле колонизаторы взяли курс на лишение коренного населения всех прав. Когда в конце ХШ века был сформирован первый ирландский парламент, право заседать в нем получили только выходцы из Англии. В то же время в Лондоне опасались, что новые поселенцы могут попасть под влияние ирландцев, и в 1366 году были приняты так называемые законы Килкенни против «англичан-выродков, которые отращивают волосы до плеч и подражают ирландцам в одежде и внешнем облике». Англичанам, поселившимся в Ирландии, запрещалось «перенимать манеры, моду и язык ирландских врагов», жениться на ирландских девушках, пускать в дом ирландских поэтов и музыкантов. Если становилось известно, что англичанин говорит по-ирландски, его лишали земли.
Центром сопротивления ирландцев иностранному владычеству был Ольстер, и только в 1603 году английские войска сумели нанести поражение объединенным силам ирландцев под командованием Хью О'Доннелла и Хью О'Нейла в битве при Кинсейле. С 1608 года английская корона начинает щедро раздавать земли в Ольстере англичанам и шотландцам, бравшим обязательство селить на этих участках крестьян-протестантов. Такая политика, получившая название «плантации», встретила решительное сопротивление ирландцев и вызвала ряд восстаний, крупнейшее из которых произошло в 1641 году. Оно было жестоко подавлено «железнобокими» Кромвеля, и их карательные экспедиции сократили население Ирландии с полутора миллионов до 616 тысяч человек.

Расправившись с повстанцами, Англия расширяет и усиливает политику «плантации». Солдатам Кромвеля вместо жалованья предлагали участки земли. Свою долю получили и те ирландцы, которые выразили готовность служить английской короне. Остальные земли продавались английским предпринимателям, чтобы возместить расходы на ведение войны и содержание колониальной администрации. К началу XVIII века в руках коренных жителей Ирландии — католиков оставалась едва одна седьмая часть их собственной земли, возвращавшиеся на старые пепелища ирландцы становиться полукрепостными арендаторами своих прежних участков, бесправными слугами колонистов. «Англия веками порабощала Ирландию, доводила ирландских крестьян до неслыханных мучений голода и вымирания от голода, сгоняла их с земли, заставляла сотнями тысяч и миллионами покидать родину и выселяться в Америку» — писал В. И. Ленин в марте 1914 года.
Одной из основных целей «плантации» было создание прослойки населения, на которую могла бы опереться Англия в своих планах порабощения Ирландии. Главную роль в осуществлении этих планов играла политика разжигания религиозных распрей между коренными жителями-католиками и пришельцами-протестантами. Католикам запрещалось голосовать, быть членами парламента, служить в армии, покупать, производить или носить оружие, открывать свои школы, приобретать землю у протестантов, получать высшее образование у себя дома или за границей, исполнять народные песни и танцы и та далее. Эти законы были направлены на то, чтобы превратить ирландцев в рабов, способных только рубить лес и носить воду. Они были полностью отменены лишь в 1829 году.
Поставленные вне закона, лишенные всех прав, ирландцы ответили на репрессии формированием тайных обществ и вооруженных групп «Белые ребята», «Ребята из Корка» и им подобных. По ночам они совершали налеты на английские поместья, ликвидировали земельных агентов. Жестокая колониальная политика Англии побуждала коренных жителей совершать террористические акты. Постепенно складывались традиции вооруженных выступлений против иностранного ига, которые спустя века легли в основу деятельности подпольной Ирландской республиканской армии.
Победители были ревностными протестантами, а побежденные — не менее убежденными католиками (в Ирландии не было Реформации). В итоге социальные и экономические ограничения сплошь и рядом принимали форму религиозных преследований.

В Ольстере численность ирландцев-католиков быстро уменьшалась, но зато увеличивался приток новых колонистов протестантов. Ольстер приобрел черты, отличавшие его от других провинций Ирландии, и именно на севере страны политика «плантации» принесла долговременный успех, тем более что там издавна существовали поселения выходцев из Шотландии, послужившие опорой для растущего протестантского на селения.
Из Шотландии в Ольстер устремились пресвитериане,
последователи Джона Нокса. Последователи протестантского вероучения, зародившегося в Великобритании в XVI в. Они отрицали власть епископов и признавали только выборных пресвитеров (священников). Пресвитерианство в эпоху английском
суровость нравов, мрачный фанатизм и глубокое убеждение принадлежности секты к «избранникам божьим», получившим божественную санкцию на все свои деяния. Всепроникающий католицизм, который не давал мне спокойно жить в Дублине, не сравнить с воинствующим протестантизмом Белфаста, для которого не существует слово «терпимость». Эта черта в сочетании с ярым антикатолицизмом, вечным страхом перед новым возмущением угнетенных масс населения и постоянной оглядкой на Англию-защитницу создала устойчивую традицию в жизни Ольстера, уцелевшую до наших дней, и во многом объясняет происходящие там ныне события.
В 1689 году король Яков II Стюарт, изгнанный из Англии, высадился в Ирландии, где рассчитывал заручиться поддержкой единоверцев-католиков в борьбе за престол. Однако попытка взять город Дерри после 105-дневной осады провалилась, и в битве при Бойне 12 июля 1690 года армия Якова II была наголову разбита войсками герцога Вильгельма Оранского, «защитника протестантской веры».
Для новых землевладельцев Ирландии — протестантов поражение Якова II гарантировало защиту от угрозы быть изгнанными из их владений. Страх перед коренным населением был столь велик, что им необходимо было как-то продемонстрировать свое военное и религиозное превосходство. Это обеспечила битва при Бойне, которая стала символом решимости протестантских лендлордов и фермеров противостоять возврату Ирландии к временам, предшествовавшим «плантации».
Ежегодно 12 июля отмечается протестантами Ольстера как день победы над католиками, и в этот день устраиваются помпезные марши и парады. В домах протестантов Белфаста мне не раз попадались лубочные картинки с изображением «короля Билля» (Вильгельма Оранского), восседающего на белой лошади. С заборов задиристо кричат надписи «Помните 1690 год».

Под влиянием Великой французской революции и войны за независимость в Северной Америке в 1791 году возникает общество «Объединенные ирландцы» под руководством Уолфа Тона. Это движение патриотических сил выступило с требованием разрыва связей с Англией и создания в Ирландии независимой республики. Уолф Тон обращался к «людям без собственности», призывая их к революции и социальным реформам. «Господство Англии в Ирландии,— писал он,— движется на расколе двух религиозных общин. Если протестанты и католики осознают общность своих интересов и, забыв о быль раздорах, объединятся в сердечном союзе в борьбе за общи цели, падение английского владычества станет необходимый и непосредственным результатом». Как и ряд других лидере «Объединенных ирландцев», Уолф Тон был протестантом.
Сначала «Объединенные ирландцы» встретили широкую поддержку различных слоев населения, в том числе и зарождавшейся национальной буржуазии, недовольной тем, что
Англия ставит препоны на пути развития ирландской экономике Впоследствии, напуганная ростом патриотической борьбы требованиями социальных реформ, ирландская буржуазия
предала это движение.
Наибольшие опасения ширившееся влияние «Объединенных ирландцев» вызвало в Ольстере, где часть протестантской общины сумела обогатиться благодаря английской политике и предоставления привилегий протестантам. Промышленники, торговцы, крепкие фермеры были напуганы радикальными лозунгами Уолфа Тона, страшась утратить свое богатство и привилегированное положение.
По их инициативе и при негласной поддержке колониальной администрации в Ольстере в 1795 году возник «Оранжистский орден», тайное общество, формально нацеленное на упрочение протестантской веры в борьбе против католицизма. Оно было создано для раскола движения «Объединенных ирландцев» путем разжигания противоречий и вражды между двумя религиозными общинами. Английское правительство видело «ордене» орудие, с помощью которого можно было предотвратить образование единого фронта ирландцев в борьбе за независимость. «Я думаю,— писал командующий английскими войсками в Ольстере генерал Нокс,— мне удастся расправиться с «Объединенными ирландцами», если оказать поддерживаются «оранжистам».
«Оранжистский орден» стал центром мобилизации сил
протестантских экстремистов. Это своеобразный «ку-клукс-клан» в борьбе против «белых негров», как называет католиков Ольстера в наши дни американская печать.

«Орден» и теперь создает клубы для рабочих-протестантов принимает участие в деятельности благотворительных обществ оказывает помощь в жилищном устройстве, финансовую
поддержку безработным и многодетным, но только протестантам и католикам доступ в «орден» закрыт, а его члена могут исключить, если он, скажем, посетит похороны соседа-католика. Железный занавес религиозной ненависти, который воздвигают: «оранжисты», и сейчас служит тем же целям, что в конце XVIII века, когда призыв «Объединенных ирландцев» к провозглашению независимой республики встретил широкий отпор по всей стране.
Но силы были неравны. В 1794 году деятельность «Объединенных ирландцев» была запрещена. Восстание 798 года, поднятое членами этого общества, было подавлено. Уолф Тон погиб. А в 1800 году Лондон упразднил ирландский парламент с его крайне ограниченными полномочиями, и было объявлено об учреждении Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии. Однако и слияние двух островов в единое государство не сняло с повестки дня «ирландской проблемы». Народ Ирландии продолжал борьбу за свои права и за свою землю под руководством Даниэля О'Коннолла и Чарльза Парнелла.
Либеральное правительство Англии склонно было предоставить Ирландии внутреннее самоуправление («гомруль»), чтобы заручиться поддержкой ирландских представителей в английском парламенте. О необходимости «гомруля» говорили убедительные победы его сторонников на всеобщих выборах в Ирландии. Но главное, в конце прошлого столетия в движение за освобождение включились не только фермеры и национальная буржуазия, но и зародившийся в стране промышленный пролетариат. Он начинал играть роль организованной силы в этой борьбе, которую возглавили Джеймс Коннолли, выдающийся ирландский марксист, и другие деятели рабочего движения.
Такой поворот событий представлял особую угрозу для английского колониализма. Тогда английские либералы приняли решение о предоставлении «гомруля», чтобы расколоть союз сил освобождения Ирландии и обеспечить себе поддержку ее национальной буржуазии. Консерваторы Англии, находившиеся в оппозиции, решили использовать обстановку, сложившуюся в Ирландии, чтобы сокрушить своих либеральных противников и пробиться к власти. В качестве союзников они избрали лендлордов Ольстера, больше всех заинтересованных в сохранении существующего положения. На практике это означало союз английских тори с «Оранжистским орденом», который был закреплен и упрочен в последующие десятилетия.

Лендлорды Ольстера не замедлили откликнуться на призыв консерваторов и стали апеллировать к промышленникам,
зажиточным фермерам и части рабочего класса. При этом усиленно пропагандировался тезис, что разрыв связей с Англией приведет к потере рынков, экономическому застою, закрытию промышленных предприятий, росту безработицы и падению сельскохозяйственного производства.
В 1886 году в Белфасте прошли демонстрации протеста против «гомруля», и в том же году возникла юнионистская партия, провозгласившая своей главной целью сохранение связь с Англией. По ее инициативе в Ольстере был проведен сбор подписей под обязательством хранить лояльность по отношению к Англии. Предприниматели давали понять рабочим, что им не избежать увольнения, если они не поставят свои подписи. Лендлорды оказывали такое же давление на своих арендаторов. «Оранжисты» заботились о том, чтобы отказавшиеся поставить свою подпись были изгнаны с работы как «паписты». В общем и целом «Ольстерский ковенант» подписали около двухсот пятидесяти тысяч человек.
Начало первой мировой войны несколько утихомирило парламентские страсти, но не ослабило накал освободительном борьбы, и огонь восстания, тлевший подспудно, прорвался за два года до окончания войны. «Красная пасха» получила высокую оценку В. И. Ленина. «Удар одинаковой силы, нанесенный власти английской империалистической буржуазии восстанием в Ирландии,— писал он в июле 1916 года,— имеет в сто раз большее политическое значение, чем в Азии или в Африке»
Солнечным днем 24 апреля 1916 года над серыми колоннами центрального почтамта в Дублине взвился зелено-бело-оранжевый национальный флаг, принятый в 1848 году членами движения «Молодая Ирландия». Зеленый, как объясняли мне ирландцы,— это цвет католического Юга, оранжевый протестантского Севера, а белый означает мир между ними.
Патрик Пирс в форме генерала ирландской армии зачитал толпе, собравшейся у здания почтамта, декларацию временно го правительства о провозглашении независимой республики «гарантирующей всем гражданам религиозные и граждански свободы, равные права и равные возможности». Центральный почтамт был занят вооруженными силами молодой республики, во главе которой стояли Патрик Пирс, Джеймс Коннолли Томас Кларк и другие.

В дни «красной пасхи», положившей начало освобождение Ирландии от колониального ига, родилась Ирландская
республиканская армия (ИРА). В нее вошли отряды ирландских
патриотов и группа «Армии ирландских граждан», создана Джеймсом Коннолли. У бойцов ИРА не было военной подготовки, не хватало боеприпасов, на вооружении находились допотопные винтовки. Командование армии имело самое отдаленное представление о военной стратегии и тактике.
Однако двенадцатитысячному английскому корпусу, использовавшему пулеметы, артиллерию, броневики и огневую помощь канонерки «Хельга», вошедшей в воды Лиффи,
понадобилось целых шесть дней, чтобы сломить сопротивление тысячи двухсот повстанцев. Последний бой прогремел в пригороде ирландской столицы, где держал оборону отряд под командованием Имона де Валера, ставшего спустя шестнадцать лет премьер-министром, а позднее — президентом Ирландии.
Многие руководители восстания погибли в боях, а захваченные ранеными в плен — расстреляны. Джеймса Коннолли, тяжело раненного в сражении у почтамта, доставили на расстрел на носилках и посадили на стул, так как он не мог стоять...
Казалось, Англии вновь удалось покорить мятежных ирландцев. Но уже в 1919 году в Дублине первый национальный парламент, созванный кандидатами партии Шинн фейн («Мы сами» — в переводе с гэльского), провозгласил независимость Ирландии. Наступил период двоевластия: наряду с колониальной администрацией действовали суды, местные органы власти и центральное правительство Ирландской Республики. ИРА получила официальное благословение парламента и повела борьбу за полное освобождение страны. Вездесущие и неуловимые отряды подпольной армии обстреливали английские патрули, взрывали казармы и военные склады.
Лондон ответил массовым террором. В Ирландию ввели части «черно-пегих» («блэк-энд-тэнс»), как прозвали их ирландцы за странную пеструю форму, наспех состряпанную английским интендантством. В лондонских газетах публиковались объявления, предлагавшие «трудную и опасную службу в Ирландии» за соответствующее вознаграждение. Желающими оказались
люмпен-пролетарии, безработные и демобилизованные из армии по окончании войны, не нашедшие себе применения в мирной жизни.
«Черно-пегие» использовались для карательных операций, которые, как писали английские газеты, были «слишком грязными, чтобы бросать в дело регулярные войска». Они проводили ночные облавы и налеты, открывали огонь по малейшему поводу, не жалея патронов. В декабре 1920 года они сожгли и разграбили центральный район города Корк. В огне пожара погибли ратуша, городская библиотека и многие другие здания.