В свете дальнейшей истории Ирландии, ставшей одним оплотов католицизма в Европе, судьба сыграла с ней злую шутку, поскольку не кто иной, как папа римский Адриан II благословил короля Англии Генриха II из дома Плантагенет на завоевание соседнего острова. В 1171 году на ирландец землю вступили английские войска. Они захватили Дубли Уэксфорд и Уотерфорд, продвигаясь от побережья в глубь страны и строя на своем пути крепкие замки, многие из которые сохранились до наших дней: в Мейнуте, Триме, Карлингфор и других местах. Немалую помощь иностранцам оказала верхушка католической церкви Ирландии, вступившая в сговор с английским королем.
В XIII веке сопротивление ирландцев возросло, и под властью англичан осталась лишь узкая полоса на точном побережье. Через полвека король Генрих VIII разрозненные силы ирландских кланов и провозгласил се королем Ирландии, а его дочери Елизавете удалось установить контроль над всем островом. Известный английский поэт Спенсер так описывал увиденное им в Ирландии во времена правления Елизаветы: «Они (местные жители) выглядят как анатомия смерти, выползая из болот и лесов на четвереньках, потому что их не держали ноги».
С первых же шагов на ирландской земле колонизаторы взяли курс на лишение коренного населения всех прав. Когда в конце ХШ века был сформирован первый ирландский парламент, право заседать в нем получили только выходцы из Англии. В то же время в Лондоне опасались, что новые поселенцы могут попасть под влияние ирландцев, и в 1366 году были приняты так называемые законы Килкенни против «англичан-выродков, которые отращивают волосы до плеч и подражают ирландцам в одежде и внешнем облике». Англичанам, поселившимся в Ирландии, запрещалось «перенимать манеры, моду и язык ирландских врагов», жениться на ирландских девушках, пускать в дом ирландских поэтов и музыкантов. Если становилось известно, что англичанин говорит по-ирландски, его лишали земли.
Центром сопротивления ирландцев иностранному владычеству был Ольстер, и только в 1603 году английские войска сумели нанести поражение объединенным силам ирландцев под командованием Хью О'Доннелла и Хью О'Нейла в битве при Кинсейле. С 1608 года английская корона начинает щедро раздавать земли в Ольстере англичанам и шотландцам, бравшим обязательство селить на этих участках крестьян-протестантов. Такая политика, получившая название «плантации», встретила решительное сопротивление ирландцев и вызвала ряд восстаний, крупнейшее из которых произошло в 1641 году. Оно было жестоко подавлено «железнобокими» Кромвеля, и их карательные экспедиции сократили население Ирландии с полутора миллионов до 616 тысяч человек.

Расправившись с повстанцами, Англия расширяет и усиливает политику «плантации». Солдатам Кромвеля вместо жалованья предлагали участки земли. Свою долю получили и те ирландцы, которые выразили готовность служить английской короне. Остальные земли продавались английским предпринимателям, чтобы возместить расходы на ведение войны и содержание колониальной администрации. К началу XVIII века в руках коренных жителей Ирландии — католиков оставалась едва одна седьмая часть их собственной земли, возвращавшиеся на старые пепелища ирландцы становиться полукрепостными арендаторами своих прежних участков, бесправными слугами колонистов. «Англия веками порабощала Ирландию, доводила ирландских крестьян до неслыханных мучений голода и вымирания от голода, сгоняла их с земли, заставляла сотнями тысяч и миллионами покидать родину и выселяться в Америку» — писал В. И. Ленин в марте 1914 года.
Одной из основных целей «плантации» было создание прослойки населения, на которую могла бы опереться Англия в своих планах порабощения Ирландии. Главную роль в осуществлении этих планов играла политика разжигания религиозных распрей между коренными жителями-католиками и пришельцами-протестантами. Католикам запрещалось голосовать, быть членами парламента, служить в армии, покупать, производить или носить оружие, открывать свои школы, приобретать землю у протестантов, получать высшее образование у себя дома или за границей, исполнять народные песни и танцы и та далее. Эти законы были направлены на то, чтобы превратить ирландцев в рабов, способных только рубить лес и носить воду. Они были полностью отменены лишь в 1829 году.
Поставленные вне закона, лишенные всех прав, ирландцы ответили на репрессии формированием тайных обществ и вооруженных групп «Белые ребята», «Ребята из Корка» и им подобных. По ночам они совершали налеты на английские поместья, ликвидировали земельных агентов. Жестокая колониальная политика Англии побуждала коренных жителей совершать террористические акты. Постепенно складывались традиции вооруженных выступлений против иностранного ига, которые спустя века легли в основу деятельности подпольной Ирландской республиканской армии.
Победители были ревностными протестантами, а побежденные — не менее убежденными католиками (в Ирландии не было Реформации). В итоге социальные и экономические ограничения сплошь и рядом принимали форму религиозных преследований.

В Ольстере численность ирландцев-католиков быстро уменьшалась, но зато увеличивался приток новых колонистов протестантов. Ольстер приобрел черты, отличавшие его от других провинций Ирландии, и именно на севере страны политика «плантации» принесла долговременный успех, тем более что там издавна существовали поселения выходцев из Шотландии, послужившие опорой для растущего протестантского на селения.
Из Шотландии в Ольстер устремились пресвитериане,
последователи Джона Нокса. Последователи протестантского вероучения, зародившегося в Великобритании в XVI в. Они отрицали власть епископов и признавали только выборных пресвитеров (священников). Пресвитерианство в эпоху английском
суровость нравов, мрачный фанатизм и глубокое убеждение принадлежности секты к «избранникам божьим», получившим божественную санкцию на все свои деяния. Всепроникающий католицизм, который не давал мне спокойно жить в Дублине, не сравнить с воинствующим протестантизмом Белфаста, для которого не существует слово «терпимость». Эта черта в сочетании с ярым антикатолицизмом, вечным страхом перед новым возмущением угнетенных масс населения и постоянной оглядкой на Англию-защитницу создала устойчивую традицию в жизни Ольстера, уцелевшую до наших дней, и во многом объясняет происходящие там ныне события.
В 1689 году король Яков II Стюарт, изгнанный из Англии, высадился в Ирландии, где рассчитывал заручиться поддержкой единоверцев-католиков в борьбе за престол. Однако попытка взять город Дерри после 105-дневной осады провалилась, и в битве при Бойне 12 июля 1690 года армия Якова II была наголову разбита войсками герцога Вильгельма Оранского, «защитника протестантской веры».
Для новых землевладельцев Ирландии — протестантов поражение Якова II гарантировало защиту от угрозы быть изгнанными из их владений. Страх перед коренным населением был столь велик, что им необходимо было как-то продемонстрировать свое военное и религиозное превосходство. Это обеспечила битва при Бойне, которая стала символом решимости протестантских лендлордов и фермеров противостоять возврату Ирландии к временам, предшествовавшим «плантации».
Ежегодно 12 июля отмечается протестантами Ольстера как день победы над католиками, и в этот день устраиваются помпезные марши и парады. В домах протестантов Белфаста мне не раз попадались лубочные картинки с изображением «короля Билля» (Вильгельма Оранского), восседающего на белой лошади. С заборов задиристо кричат надписи «Помните 1690 год».

Под влиянием Великой французской революции и войны за независимость в Северной Америке в 1791 году возникает общество «Объединенные ирландцы» под руководством Уолфа Тона. Это движение патриотических сил выступило с требованием разрыва связей с Англией и создания в Ирландии независимой республики. Уолф Тон обращался к «людям без собственности», призывая их к революции и социальным реформам. «Господство Англии в Ирландии,— писал он,— движется на расколе двух религиозных общин. Если протестанты и католики осознают общность своих интересов и, забыв о быль раздорах, объединятся в сердечном союзе в борьбе за общи цели, падение английского владычества станет необходимый и непосредственным результатом». Как и ряд других лидере «Объединенных ирландцев», Уолф Тон был протестантом.
Сначала «Объединенные ирландцы» встретили широкую поддержку различных слоев населения, в том числе и зарождавшейся национальной буржуазии, недовольной тем, что
Англия ставит препоны на пути развития ирландской экономике Впоследствии, напуганная ростом патриотической борьбы требованиями социальных реформ, ирландская буржуазия
предала это движение.
Наибольшие опасения ширившееся влияние «Объединенных ирландцев» вызвало в Ольстере, где часть протестантской общины сумела обогатиться благодаря английской политике и предоставления привилегий протестантам. Промышленники, торговцы, крепкие фермеры были напуганы радикальными лозунгами Уолфа Тона, страшась утратить свое богатство и привилегированное положение.
По их инициативе и при негласной поддержке колониальной администрации в Ольстере в 1795 году возник «Оранжистский орден», тайное общество, формально нацеленное на упрочение протестантской веры в борьбе против католицизма. Оно было создано для раскола движения «Объединенных ирландцев» путем разжигания противоречий и вражды между двумя религиозными общинами. Английское правительство видело «ордене» орудие, с помощью которого можно было предотвратить образование единого фронта ирландцев в борьбе за независимость. «Я думаю,— писал командующий английскими войсками в Ольстере генерал Нокс,— мне удастся расправиться с «Объединенными ирландцами», если оказать поддерживаются «оранжистам».
«Оранжистский орден» стал центром мобилизации сил
протестантских экстремистов. Это своеобразный «ку-клукс-клан» в борьбе против «белых негров», как называет католиков Ольстера в наши дни американская печать.

«Орден» и теперь создает клубы для рабочих-протестантов принимает участие в деятельности благотворительных обществ оказывает помощь в жилищном устройстве, финансовую
поддержку безработным и многодетным, но только протестантам и католикам доступ в «орден» закрыт, а его члена могут исключить, если он, скажем, посетит похороны соседа-католика. Железный занавес религиозной ненависти, который воздвигают: «оранжисты», и сейчас служит тем же целям, что в конце XVIII века, когда призыв «Объединенных ирландцев» к провозглашению независимой республики встретил широкий отпор по всей стране.
Но силы были неравны. В 1794 году деятельность «Объединенных ирландцев» была запрещена. Восстание 798 года, поднятое членами этого общества, было подавлено. Уолф Тон погиб. А в 1800 году Лондон упразднил ирландский парламент с его крайне ограниченными полномочиями, и было объявлено об учреждении Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии. Однако и слияние двух островов в единое государство не сняло с повестки дня «ирландской проблемы». Народ Ирландии продолжал борьбу за свои права и за свою землю под руководством Даниэля О'Коннолла и Чарльза Парнелла.
Либеральное правительство Англии склонно было предоставить Ирландии внутреннее самоуправление («гомруль»), чтобы заручиться поддержкой ирландских представителей в английском парламенте. О необходимости «гомруля» говорили убедительные победы его сторонников на всеобщих выборах в Ирландии. Но главное, в конце прошлого столетия в движение за освобождение включились не только фермеры и национальная буржуазия, но и зародившийся в стране промышленный пролетариат. Он начинал играть роль организованной силы в этой борьбе, которую возглавили Джеймс Коннолли, выдающийся ирландский марксист, и другие деятели рабочего движения.
Такой поворот событий представлял особую угрозу для английского колониализма. Тогда английские либералы приняли решение о предоставлении «гомруля», чтобы расколоть союз сил освобождения Ирландии и обеспечить себе поддержку ее национальной буржуазии. Консерваторы Англии, находившиеся в оппозиции, решили использовать обстановку, сложившуюся в Ирландии, чтобы сокрушить своих либеральных противников и пробиться к власти. В качестве союзников они избрали лендлордов Ольстера, больше всех заинтересованных в сохранении существующего положения. На практике это означало союз английских тори с «Оранжистским орденом», который был закреплен и упрочен в последующие десятилетия.

Лендлорды Ольстера не замедлили откликнуться на призыв консерваторов и стали апеллировать к промышленникам,
зажиточным фермерам и части рабочего класса. При этом усиленно пропагандировался тезис, что разрыв связей с Англией приведет к потере рынков, экономическому застою, закрытию промышленных предприятий, росту безработицы и падению сельскохозяйственного производства.
В 1886 году в Белфасте прошли демонстрации протеста против «гомруля», и в том же году возникла юнионистская партия, провозгласившая своей главной целью сохранение связь с Англией. По ее инициативе в Ольстере был проведен сбор подписей под обязательством хранить лояльность по отношению к Англии. Предприниматели давали понять рабочим, что им не избежать увольнения, если они не поставят свои подписи. Лендлорды оказывали такое же давление на своих арендаторов. «Оранжисты» заботились о том, чтобы отказавшиеся поставить свою подпись были изгнаны с работы как «паписты». В общем и целом «Ольстерский ковенант» подписали около двухсот пятидесяти тысяч человек.
Начало первой мировой войны несколько утихомирило парламентские страсти, но не ослабило накал освободительном борьбы, и огонь восстания, тлевший подспудно, прорвался за два года до окончания войны. «Красная пасха» получила высокую оценку В. И. Ленина. «Удар одинаковой силы, нанесенный власти английской империалистической буржуазии восстанием в Ирландии,— писал он в июле 1916 года,— имеет в сто раз большее политическое значение, чем в Азии или в Африке»
Солнечным днем 24 апреля 1916 года над серыми колоннами центрального почтамта в Дублине взвился зелено-бело-оранжевый национальный флаг, принятый в 1848 году членами движения «Молодая Ирландия». Зеленый, как объясняли мне ирландцы,— это цвет католического Юга, оранжевый протестантского Севера, а белый означает мир между ними.
Патрик Пирс в форме генерала ирландской армии зачитал толпе, собравшейся у здания почтамта, декларацию временно го правительства о провозглашении независимой республики «гарантирующей всем гражданам религиозные и граждански свободы, равные права и равные возможности». Центральный почтамт был занят вооруженными силами молодой республики, во главе которой стояли Патрик Пирс, Джеймс Коннолли Томас Кларк и другие.

В дни «красной пасхи», положившей начало освобождение Ирландии от колониального ига, родилась Ирландская
республиканская армия (ИРА). В нее вошли отряды ирландских
патриотов и группа «Армии ирландских граждан», создана Джеймсом Коннолли. У бойцов ИРА не было военной подготовки, не хватало боеприпасов, на вооружении находились допотопные винтовки. Командование армии имело самое отдаленное представление о военной стратегии и тактике.
Однако двенадцатитысячному английскому корпусу, использовавшему пулеметы, артиллерию, броневики и огневую помощь канонерки «Хельга», вошедшей в воды Лиффи,
понадобилось целых шесть дней, чтобы сломить сопротивление тысячи двухсот повстанцев. Последний бой прогремел в пригороде ирландской столицы, где держал оборону отряд под командованием Имона де Валера, ставшего спустя шестнадцать лет премьер-министром, а позднее — президентом Ирландии.
Многие руководители восстания погибли в боях, а захваченные ранеными в плен — расстреляны. Джеймса Коннолли, тяжело раненного в сражении у почтамта, доставили на расстрел на носилках и посадили на стул, так как он не мог стоять...
Казалось, Англии вновь удалось покорить мятежных ирландцев. Но уже в 1919 году в Дублине первый национальный парламент, созванный кандидатами партии Шинн фейн («Мы сами» — в переводе с гэльского), провозгласил независимость Ирландии. Наступил период двоевластия: наряду с колониальной администрацией действовали суды, местные органы власти и центральное правительство Ирландской Республики. ИРА получила официальное благословение парламента и повела борьбу за полное освобождение страны. Вездесущие и неуловимые отряды подпольной армии обстреливали английские патрули, взрывали казармы и военные склады.
Лондон ответил массовым террором. В Ирландию ввели части «черно-пегих» («блэк-энд-тэнс»), как прозвали их ирландцы за странную пеструю форму, наспех состряпанную английским интендантством. В лондонских газетах публиковались объявления, предлагавшие «трудную и опасную службу в Ирландии» за соответствующее вознаграждение. Желающими оказались
люмпен-пролетарии, безработные и демобилизованные из армии по окончании войны, не нашедшие себе применения в мирной жизни.
«Черно-пегие» использовались для карательных операций, которые, как писали английские газеты, были «слишком грязными, чтобы бросать в дело регулярные войска». Они проводили ночные облавы и налеты, открывали огонь по малейшему поводу, не жалея патронов. В декабре 1920 года они сожгли и разграбили центральный район города Корк. В огне пожара погибли ратуша, городская библиотека и многие другие здания.

Более двух лет шла ожесточенная борьба против английской оккупации. Тем временем политические деятели вели кулисные переговоры. Англия умело играла на разногласиях, а английский премьер-министр Ллойд Джордж угрожал Ирландии «немедленной и ужасной войной». В 1921 году Лондон сумел добиться подписания договора о расколе страны. Северная Ирландия, включавшая шесть графств исторической провинции Ольстер, осталась в составе Соединенного Королевства, а «Свободное Ирландское государство» получил статус доминиона.
Граница между ними была проведена под диктовку
землевладельцев и промышленников Ольстера. Сам Ллойд Джорд признавал, что граница «не основана на естественных рубежах и не учитывает географических особенностей». В ее контурах были заложены источники непрекращающегося конфликта между двумя частями Ирландии. Она отрезала наиболее развитые в промышленном отношении северо-восточные районы, и новый доминион долгие годы был вынужден ввозить все необходимое из Англии. Север был отсечен, чтобы сохранить и усугубить различия между ирландцами на религиозной почве. Это был пробный камень в политике английского империализма, направленной на поддержание своих позиций: в других частях света и позднее нашедшей свое выражение расколе Индии.
В книгах, изданных на Западе, часто утверждается, что раздел Ирландии произошел не по воле Лондона, а был навязан протестантами Ольстера, которые отказались войти в «Свободное Ирландское государство». На самом деле черносотенное движение протестантских ультра Ольстера было, по выражению В. И. Ленина, пустой угрозой, но оно послужило для Англии удобным предлогом, чтобы оправдать и утвердить раскол Ирландии. Это позволило Лондону продолжать эксплуатировать всю страну, используя ее как источник дешевой рабочей силы, сырья и продовольствия, как сферу приложения капитала и рынок сбыта английских товаров.
Удерживая Север, Лондон вынудил Ирландию ставить
«ирландскую проблему» во главу угла при решении вопросов как внутренней, так и внешней политики, что усиливало ее зависимость от Англии. Раздел Ирландии привел к тому, что революционные силы страны на протяжении десятилетий были поглощены борьбой за воссоединение, не выдвигая далеко идущих экономических и социальных требований.

Ирландская буржуазия, тесно связанная с английским капиталом, вполне удовольствовалась сделкой, заключенной в Лондоне — к власти пришла партия Куманн на гал, представавшая интересы крупной национальной буржуазии. Патриотические же силы повели борьбу против договора 1921 года. Не признало руководство ИРА и Шинн фейн. Началась гражданская война. Правительство «Свободного Ирландского Государства» пустило в ход против мятежников террор, репрессии и артиллерию, любезно предоставленную командованием английского гарнизона в Дублине. Только в мае 1923 года штаб ИРА издал приказ о прекращении огня. Страна была истощена годами вооруженной борьбы и нуждалась в мирной передышке. ИРА надолго ушла в подполье.
В начале тридцатых годов произошли значительные изменения в политической и экономической жизни Ирландии и ее взаимоотношениях с Англией. В 1932 году было образовано правительство партии Фианна файл («Солдаты судьбы») во главе с Имоном де Валера. Оно отменило ненавистный «закон об обеспечении общественной безопасности», дав свободу сотням политических заключенных, главным образом членам и сторонникам ИРА. Парламент принял решение упразднить статью конституции, согласно которой депутаты должны были принимать присягу английской монархии.
Правительство снизило оклады высшим категориям
государственных служащих, повысило подоходный налог, налог на корпорации, тарифы на ввоз промышленных и продовольственных товаров и, наконец, прекратило перевод в Англию ежегодных платежей за земли, реквизированные у английских лендлордов. Затрещал по всем швам договор, который ранее приковывал Ирландию к Англии.
Лондон не остался в долгу и вдвое увеличил пошлины на ирландский сельскохозяйственный импорт. Правительство Ирландии отказалось пойти на уступки. «Экономическая война» между двумя государствами завершилась подписанием в 1938 году соглашения, по которому Англия ликвидировала свои
военно-морские базы на ирландской территории и удовлетворила многие другие требования Ирландии. События тех лет показали, что при должной твердости и настойчивости Дублин способен добиться существенных перемен в ирландской политике Лондона.

В тридцатые годы в Ирландии активизировались крайне реакционные элементы. Они создали фашистскую организацию «голубые рубашки» по примеру «коричневых рубашек» в
Германии и «черных» — в Италии. Ее членами стали в основном бывшие военнослужащие «Свободного Ирландского государства», понаторевшие в расправах с левыми силами. Во главе организации встал генерал без армии О'Даффи, провозгласивший себя последователем Гитлера и Муссолини, «католическим крестоносцем против темных сил коммунизма». Новый «мессия» был встречен в штыки ирландским народом. Правительство отнеслось к шумной возне «крестоносцев», готовивших одно время вооруженный путч, резко отрицательно. В разных районах произошли стычки фашистов с отрядами ИРА, и к концу тридцатых годов «голубые рубашки» перекрасились и исчезли с ирландской сцены.
В 1937 году была одобрена новая конституция, провозгласившая Ирландию «суверенным, независимым и демократическим государством». Шесть графств Ольстера рассматривались в основном законе страны как «часть национальной территории, на которую в настоящее время не распространяется юрисдикция ирландского правительства». Особое место отводилось католической церкви, и государство признавало ее «специальную роль в жизни нации». Некоторые положения конституции вызвали нарекания ирландцев, живущих по оба стороны границы, и впоследствии ряд статей был отменен. В значительной степени это было уступкой требованиям протестантской общины Севера на пути к созданию условий для воссоединения страны.
В годы второй мировой войны Ирландия соблюдала нейтралитет. Дублин требовал от Лондона решить ирландскую проблему и только в этом случае был готов вступить в антигитлеровскую коалицию. Но правительство и не чинило препятствий тысячам ирландцев, уходивших добровольцами, в армию Англии. Английские военные летчики и моряки, оказавшиеся волей боевых действий на соседнем острове, быстро возвращались в строй. За всю войну ирландские войска были приведены в состояние готовности и двинуты к границе с Северной Ирландией только однажды — когда на Севере высадились подразделения вооруженных сил США. Дублин считал, что присутствие иностранных войск на ирландской земле нарушает нейтралитет Ирландии, но до боев с американцами дело не дошло.